так же, как и я, по вашей вине.
Анна молчала. Ожидаемое разоблачение могло последовать откуда угодно, только не от вечно погруженного в себя Генриха Ланкастера. И сейчас он яростно смотрел на нее, однако вовсе не казался безумным.
– Все дочери Евы изначально порочны. Моя бабка прославилась своим распутством на всю Францию, мать моя вторично вышла замуж, едва успев оплакать отца, моя жена изменяла с первым, кто оказывался под рукой, и вот теперь – эта чистая девочка, которую я любил как родную дочь! Тебе уготован ад, Анна! Ты ступила на путь блудницы.
Последнее слово далось благочестивому королю с трудом.
– Молчишь? О, твоя сестра написала мне обо всем, на что ты оказалась способна! Благочестивая женщина не находит себе места и молит меня, чтобы я оказал влияние там, где она не смогла добиться успеха. Ее письмо лежало у меня на столе, когда еще не пробило полночь. Но вас, принцесса, не было в Вестминстере.
О, какую ночь я провел! Я был на пядь от того, чтобы поднять весь Лондон на ноги. Но позорные дела надлежит держать в тайне. Видела бы ты себя, когда, как преступница, пробиралась во дворец. Если у меня и оставались сомнения, то они рассеялись, стоило лишь взглянуть на твою улыбку. Мессалина! Служительница Ваала!
– Ваше величество!.. Анна собрала все мужество.
– Государь, выслушайте меня! Мне необходимо было встретиться с посланцем герцога Кларенса, для того чтобы…
Она осеклась на полуслове, не в силах продолжать. Король был во гневе, но оставался простодушным, как дитя, и уже не раз бывало так, что Генрих бездумно оглашал то, что надлежало хранить в глубокой тайне. Нет! Кларенса нельзя спугнуть раньше времени! К тому же, если предатель догадается, кто его изобличил, и сообщит об этом брату, он может погубить Филипа Майсгрейва.
Анна молчала.
– Какой посланец герцога? Что за бредни? Король ждал, но она не обронила больше ни слова. Генрих укоризненно покачал головой.
– Для дурных поступков всегда пытаются найти благовидные предлоги. Я оскорблен. В моих глазах вы низвергнуты с того пьедестала чистоты и величия, на который я вас возвел.
Он хотел еще что-то добавить, но внезапно наклонился вперед, сжал ладонями виски и застонал, раскачиваясь.
Анна