лихорадило. Заметив это, хозяйка гостиницы направилась к очагу, где заблаговременно была приготовлена вязанка сухого можжевельника. Послышался звон кремня об огниво, короткое шипение, и в темноте ярко вспыхнул трут. Сухие ветви вскоре затрещали, и Дороги подкинула в огонь еще и сушеных ароматных трав.
Ваше высочество! Сядьте скорее сюда, к огню, и давайте я налью вам вина. Комната озарилась янтарно-золотистыми отблесками, соперничающими с серебристым светом луны. Анна грела руки о теплый бокал и чувствовала, как с каждым глотком унимается дрожь. Дороти давно ушла, оставив ее, но Анна все еще не могла прийти в себя. «Неужели мы увидимся? А вдруг ничего не выйдет? Но ведь он взял ладанку! И Чак кивал, словно радуясь удаче».
Она прошлась по комнате. «Что я скажу? Уж по крайней мере постараюсь не забывать, что я принцесса. Фил сам твердил, что меня ожидает высокая участь, и я не забыла, как он отрекся от меня. Но зачем же тогда я назначила эту встречу? Ах, вот оно! Я расспрошу его, что делает он в Лондоне, в то время как все уверены, что сэр Майсгрейв находится в Голландии с Эдуардом. Да, именно об этом. А еще поздравлю его с титулом барона…»
На глаза ей попалось полированное оловянное зеркальце. Анна схватила его и стала разглядывать себя. Глаза ее блестели, как у кошки, и казались огромными, кожа белела, словно перламутр, волосы растрепались, и пряди выбивались из-под сетки. Анна сняла с головы обруч с жемчужиной и, резким движением сорвав сетку, вызывающе встряхнула густой гривой. «Такой он меня еще не видел. Раньше я была стриженой, как мальчишка. Алан Деббич, ха!»
Она насмешливо хмыкнула и начала расчесывать волосы. Внезапно, испугав ее, раздались мерные глубокие удары в соседней церкви. Одиннадцать! Рука Анны замерла. Холод вновь объял ее. Где же Фил?
Анна сидела не шевелясь и не дыша. Ее окружала тишина, нарушаемая лишь треском огня да приглушенным храпом кого-то из постояльцев Дороти. Медленно тянулись минуты, и с каждой из них крепла уверенность – он не придет.
Ее внимание привлек скрип уключин. Она вздрогнула, словно пробудившись. Шагнула к окну. На залитой лунным сиянием глади Темзы темнела приближающаяся лодка. Лодочник налегал на весла, а на корме