бывший тут частым гостем, направился к очагу и улегся, заняв разом все свободное место.
Дороти осталась невозмутимой и лишь кивнула. Она не стала звать слуг, отослала также и Ральфа, а затем сама повела девушку по длинному, увешанному шпалерами коридору в дальний тупик.
– Здесь порой останавливается ваш батюшка, – заметила она, поворачивая ключ.
– Я знала. Послушай, Дороти, сюда скоро придет человек, и ты… ты…
Анна чувствовала, что не в силах ничего сказать, но хозяйка гостиницы лишь пожала плечами.
– Я сделаю все, как вы велите, миледи. Анна коротко вздохнула.
– Не подумай худого. Ты его знаешь. Это мой спаситель сэр Филип Майсгрейв. Я непременно должна с ним встретиться, но он йоркист, и вряд ли уместно предоставлять ему аудиенцию в Вестминстере.
Анна и сама понимала, что говорит сущую нелепицу, но Дороти никак не отреагировала на ее слова. Распахнув дверь, она невозмутимо спросила:
– Вам подать чего-нибудь перекусить?
– Не знаю. Впрочем, наверно.
Принцесса чувствовала, что теряется под спокойным взглядом единственного глаза хозяйки. Та словно видела ее насквозь, хотя Анна и пыталась заставить саму себя поверить, что ее встреча с сэром Филипом Майсгрейвом будет носить вполне невинный характер. «Так и будет, видит Бог, – твердила она себе. – Мы ведь холодно расстались в Париже, и с тех пор ничего не изменилось».
Она огляделась. Это была славная комната – с выложенным красным кирпичом очагом, выбеленными стенами и широким низким ложем в алькове. У покрытого алым сукном стола стояло кресло резного дуба с подлокотниками в виде химер. Между развешанными по стенам шкурами располагались серебряные светильники, а резные потолочные балки были цвета старого меда. Пол был устлан новыми соломенными циновками, а окна с темными дубовыми рамами разделены свинцовыми переплетами на мелкие ромбы. Свет луны преломлялся в них, и создавалось впечатление, что каждое стекло горит особым, алмазным блеском. От этого освещение в комнате казалось призрачным, дымным, однако было достаточно светло, чтобы не зажигать лампы.
Вернулась Дороти с подносом.
– Здесь кое-какие закуски и подогретое вино с пряностями. Выпейте немного, миледи, а то вы бледны, словно призрак.
Анну