сняли камень с моей души, но вам пора. Думаю, нам больше нечего сказать друг другу.
Патрик откинулся на бархатную спинку дивана с таким видом, будто собирался остаться здесь навсегда.
— Не все так просто. Кто-то убил вашего зятя. Неужели это ничуть вас не беспокоит? Вам не интересно, кто преступник? И за что Альфреду Херсту вонзили в горло ножницы?
— Похоже, вы вовсе не слушали меня, — хмыкнула Тия. — Я не питала к Херсту добрых чувств. Я даже не могу сказать, что мне его жаль.
— Мне кажется, этого недостаточно, чтобы предпочесть неведение. Вы всерьез полагаете, что я вот так встану и уйду? Что предпочту забыть о столь странном убийстве?
— Положим, мне-то все равно не дадут об этом забыть, — вздохнула Тия. — Когда тело обнаружат, власти захотят побеседовать со мной. Мне придется отвечать на вопросы.
— Сочувствую. Возможно, найдутся такие, кто решит облить вашу семью грязью. Поэтому предлагаю разобраться в этом деле прежде, чем в него вмешаются полиция и общество. Тем более что до этого момента вы не были особо откровенны со мной.
— О чем вы?
— Вы прекрасно понимаете о чем. У меня были свои причины для визита в тот дом, но я никак не ожидал наткнуться на покойника. Не случись так, что меня огрели по голове, мужчина мог бы остаться в живых. У меня ощущение, что его смерть и на моей совести тоже.
— Вы бы не были столь человеколюбивым, если бы знали Альфреда лично.
— Возможно. Хотя я и не знал его, его имя мне знакомо. Мистера Херста даже среди моих разбитных приятелей считали неприятным типом.
— И вы все равно вините себя в том, что не предотвратили его смерть?
— Пожалуй, я употребил слишком сильные слова. Я никогда не был чрезмерно гуманным. По правде говоря, меня просто бесит, что некто убил вашего зятя прямо у меня под носом, да еще и успел скрыться. Досадно, что меня обвели вокруг пальца! — Патрик наклонился ближе к Тии, так что она безотчетно уставилась на его движущиеся губы. — Я хочу найти и наказать подлеца. А вы?
Тия не знала, что ответить. Конечно, она не прочь была найти убийцу, но облегчение от того, что Альфред пал не от ее руки, было таким сильным, что хотелось просто забыть о случившемся, как о страшном сне. Однако любопытство и страх